тел./факс: +7 812 633-03-00
Петербург-2100. Твори будущее!

Модный приговор Игоря Дадиани

Поделиться:

Кутюрье Игорь Дадиани уверен, что, какие бы катаклизмы ни случались с человечеством, женщина всегда будет стремиться себя украшать. В Чебоксары, в Дом моды модельера, художника по костюмам, историка моды Игоря Дадиани, клиенты порой прилетают на частных самолетах. Его костюмами восторгалась княжеская семья Монако, и израильская алмазная биржа ему заказывала создание коллекции. На протяжении нескольких лет именно Игорь Дадиани создает уникальные по своей красоте и сложности наряды в стиле XVIII века для фильмов из цикла «Тайны дворцовых переворотов» Светланы Дружининой. Мы поговорили с именитым кутюрье о том, что такое мода, почему одежда перестала быть пышной и богато украшенной, как снимается историческое кино и какая одежда нас ждет в будущем.

Fashion как зеркало эпохи

– Мода – явление социальное, оно связано с экономикой, промышленностью. Прежде 10 тысяч крепостных крестьян в холщовых юбках и рубахах обслуживали человек 10 дворян, имеющих возможность носить богато украшенные платья и меха. Не говоря о том, что золотое шитье, кружева, вышивание бисером, стеклярусом, скатным жемчугом делалось в монастырях. Потому что только у монашек помыслы были чистыми, и они ничего бытового не могли пришить к ткани.

– И мода отражает эпоху и настроения. Вы же знаете, насколько аскетичной была одежде военных и довоенных лет. Есть мысль, что когда что-то серьезное должно произойти, в воздухе витает это предощущение, и оно находит отражение в одежде тоже. Она становится более жесткой, правильной, без излишеств. Вспомните моду 1940‑х – очень красивая, подчеркнутая, строгая. И вспомните, как резко поменялась одежда после войны. Женщины устали ходить с плечами, в облегающих вещах. Им захотелось пышных юбок, корсетов, бантов, кучи гороха, сумасшедших цветов – канареечного, розовой фуксии. Изменилась и обувь – появились маленькие лодочки, каблучок-гвоздик. Не хочу походить на вещую птицу, но сегодняшняя одежда мне напоминает ту, довоенную, конца 1930‑х годов, и это пугает…

– Сегодня все унифицировалось – дизайнеры, художники больше не имеют национальности, все перемешано. Но при этом европейцы одеваются иначе, чем американцы. И только в России женщина в норковой шубе поедет в троллейбусе. Только русская женщина на каблуках и при мейкапе пойдет выносить помойное ведро или заскочит в ближайшую булочную за булкой хлеба. Правда, иногда это стремление «быть красивой» доходит до абсурда.

Мода будущего

– Сегодня нет времени на сложносочиненную одежду, а в будущем, судя по всему, его будет еще меньше. Так что, с одной стороны, принципиально вряд ли что-то изменится. С другой стороны, иными будут, конечно, форма одежды, цвет. Но как все это изменится – вопрос. Сегодня люди хотят красивую, модную, но при этом практичную одежду. И чтобы она дышала, чтобы была гипоаллергенной.

– Я думаю, что будущее в первую очередь за синтетической тканью, которая очень практична в уходе. Посмотрите на спортивную профессиональную одежду – она хорошо стирается, пропускает воздух. И термобелье, которое сегодня становится все более актуальным, оно ведь тоже не из натуральных полностью материалов. Так что с синтетикой нам придется смириться.

– Появятся инновационные ткани. Но! К любой новой ткани надо приспособиться. Сейчас возникли голографические ткани, ткань 3D. Чтобы получить из нее шедевральное платье, вовсе не нужен какой-то особый крой. Достаточно легкого приталивания, ткань сама начинает играть. Только надо понимать, что такой материал лишает человека индивидуальности, лица, голографическая ткань становится важнее, чем сам человек, надевший одежду из нее. Оправа оказывается самодостаточной.

– Может быть, одежда будет облегающей, а может быть, наоборот, свободного кроя. А может, одежда станет подобна спецодежде. А может, случится катаклизм, и все начнется сначала – холщовые, грубо сшитые рубахи для одних и меха для других. Но как бы то ни было, уверен, женщина будет оставаться красивой, непредсказуемой, любящей и желающей быть любимой. Поэтому даже при любой спецодежде милое, очаровательное создание куда-нибудь да нацепит бантик.

Королева из примерочной

– Я от мамы унаследовал одно простое, но потрясающее выражение. Сейчас все говорят «креативное», «модное», «стильное». А у мамы было одно мерило: «красиво или некрасиво». И не важно, сколько денег. Ко мне однажды прилетела на собственном самолете дама, я был в ужасе – как можно одеваться так безвкусно! Мне важно, чтобы из моей примерочной люди выходили, ощущая себя королевой или королем. Это реально для любого человека вне зависимости от его размеров и недостатков.

– Надо просто учитывать свои минусы и работать на свои плюсы. Если торс длинный, а ноги короткие – наденьте короткий пиджачок. Если между ног, извините, большое пространство, не надо надевать облегающие брюки. Потом у каждого своя граница – одна может себе позволить невероятное декольте, другая нет. А что касается мужчин – кто-то может ходить павлином, а для кого-то и лишняя пуговица на шлице уже преступление!

– И не пытайтесь сэкономить, купив вещь по принципу «три в одном». У меня бывают такие заказчицы: сшейте что-нибудь, что я могла бы бы надеть на работу, а потом в этом же пойти в театр. Во-первых, театр – это конкретное понятие. В «Современник» не надо приходить в натуральных мехах, в бриллиантах и так далее. Этот образ хорош для театров оперы и балета. Ну а если все же хочется «три в одном», то выход такой – маленькое платье и сумка, набитая аксессуарами.

Правда о трухмальных юбках

– Немного об историческом кино. Мне повезло работать со Светланой Дружининой, это безумно интересно. Нужно встать на место того человека, который шил костюмы в прошлые времена. О чем он думал? Как он подбирал ткани? Как он шил? Надо знать историю. Вот у Пикуля написано: «Она шла в “трухмальных” юбках». И мне важно не только знать, что это накрахмаленный подъюбник, но и попытаться передать в кадре тот уникальный звук, который он издавал при движении, – треск, похожий на хруст крекеров.

 

– Но снимать историческое кино сегодня невероятно сложно – мало кто может потянуть такие дорогие проекты. У меня на одно императорское платье ушло 18 метров парчи, его вышивали золотом полгода. Или, например, шелковый платочек для Анны Иоанновны вручную вышивали гладью три месяца. Чтобы, когда Инна Чурикова подносит его к лицу вытереть слезы, мы видели только глаза и платочек – не купленный, а как будто из той эпохи.

– Дружинина меня многому в жизни научила – либо делать, либо не делать вовсе. Маленькая халтура рано или поздно вылезает обязательно в самых неожиданных вещах. Но когда зритель слышит звук «трухмальных» юбок, когда он видит этот «настоящий» платочек, все эти мелочи, у него возникает ощущение правды – он как будто сам оказывается среди этих героев прошлого.

Елена Боброва

5212total visits,150visits today

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*