тел./факс: +7 812 633-03-00
Петербург-2100. Твори будущее!

Давайте делать добрые дела!

Поделиться:

Дария Боброва

Лидер группы «Несчастный случай», музыкант, актер и отец четверых сыновей Алексей Кортнев воспринимается публикой чаще всего как человек лиричный и ироничный. Другая сторона его деятельности связана с благотворительностью.
С участием Алексея готовятся к выходу новые эпизоды телепроекта «Доброе дело», рассказывающего о благородных поступках обычных людей. О том, как каждый из нас может менять мир к лучшему, Алексей Кортнев рассказал журналу «FREE ТАЙМ».

– На телевидении вы не дебютант. Тем не менее, «телеведущий» – отнюдь не первое, что приходит в голову, когда слышишь вашу фамилию. Расскажите, пожалуйста, как программа «Доброе дело» возникла в вашей жизни и почему вы решили принять в ней участие?
– Я с телевизором имею очень давние, но достаточно напряженные и довольно прохладные отношения. Все начиналось еще во времена программ «Оба-на!», «Дебилиада» и подобных, «Несчастный случай» и «Все для тебя» на «РЕН ТВ». Последние лет десять я отказывался от всех предложений что-либо вести в телике, потому что это были в основном или кулинарные шоу, или ток-шоу с политическим оттенком: я не сторонюсь ни кулинарии, ни политики, но не люблю об этом говорить, мне это совершенно неинтересно. Поэтому именно когда появилось предложение канала «Че», я впервые за долгие-долгие годы понял, что да, вот этим надо заниматься. На мой взгляд, это невероятно актуально, это то, что необходимо современному телевидению и человечеству вообще.

– Сейчас идет съемка новых серий. Что-то поменяется в программе?
– Да, полностью меняется студия. Мы переехали в новую, которая мне кажется гораздо более комфортной и на картинке смотрится эффектнее. Мы пошли на более плотный контакт с публикой, и теперь я как ведущий не дистанцируюсь, нахожусь среди зрителей. Это сразу начало интересно работать: аудитория мгновенно настраивается на одну волну. Ты садишься между людьми и общаешься с ними, как будто мы на одной лавочке сидим и что-то вместе смотрим. Это не моя идея, это продюсерско-режиссерские ходы, которые мне очень нравятся. Наполнение фактическое осталось таким же, как и было, комментарии стали чуть более личностными, от себя.

– Каким образом такие проекты могут изменить наш мир?
– Я не думаю, что какие-то программы и проекты могут реально что-то изменить. Но людям по всему земному шару, которые увидят программу, мы точно можем помочь сохранить веру в человечество, в себя, в доброту. Если усилия направлены на спасение хотя бы одной души, то этим стоит заниматься. Я надеюсь, что таких душ будет не одна, а тысяча или десять тысяч. Или, может быть, даже сто.

– Это как волна?
– Да, совершенно верно. Будем надеяться, что эти волны будут как-то распространяться.

– Вы входите в попечительский совет фонда «Дети наши». Расскажите о деятельности фонда и вашем участии в ней.
– Фонд «Дети наши» занимается социальной адаптацией детей, которые выходят из детских домов. Это не единственное направление работы, еще есть программа по сохранению семьи. Бывают совершенно чудовищные истории, когда, например, родители лишаются родительских прав, кормилец погибает, мама остается одна, ведет себя непотребно, детей забирают. Их очень часто в нашей стране разлучают. Наш фонд занимается тем, что пытается урегулировать такие ситуации, сохранить уже обломки, но все-таки семьи. С такими детьми работают наши волонтеры, которые становятся фактически старшими братьями или сестрами для детишек. Мы занимаемся тем, что готовим таких детей к выходу в жизнь. Потому что ребенок, который вырастает в детском доме, гораздо хуже готов к человеческой жизни, чем выросший в семье. Хотя, казалось бы, он вроде бы один, должен сам многому научиться, многому противостоять. Но его кормят, ему стирают, гладят, он не умеет слепить котлету. Бутерброд он может сделать, а сварить кофе уже не умеет. Эти дети оказываются буквально вытолкнутыми в свет. Даже если о них заботятся органы опеки и они получают, например, квартиру… Известны тысячи историй по России, как эти квартиры дети продают, теряют (в результате обмана, как правило) в течение нескольких месяцев после того, как получают. И «Дети наши» занимаются именно тем, чтобы подобная несправедливость не продолжалась в жизни человека, которого и так уже обидела судьба, лишив его родителей.

– Часто благотворительностью занимаются публичные люди: Чулпан Хаматова, Константин Хабенский… И это происходит по всему миру, не только в России. Медийные лица нужны для привлечения внимания или еще для чего-то?
– В основном для привлечения внимания. Понятно, что никто из нас не занимается работой в поле, во всех фондах есть волонтеры, которые работают с детьми. Дело привлеченных звезд – придать убедительность. Когда юноша или девушка приходит к ребенку и пытается с ним наладить контакт, иногда бывает очень полезно, чтобы за этим юношей или девушкой стояло лицо того же Кости, которого этот ребенок видел тысячи раз на экране, или в кино, или еще где-то. То же самое с бизнесменами, к которым пришли за деньгами, с чиновниками, к которым пришли за решением. Я же не один в попечительском совете фонда – там десятки очень-очень серьезных людей, которые могут возвысить твой голос, добраться до СМИ. Это помогает решать проблемы, и, стало быть, мы должны этим заниматься.

55total visits,1visits today

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*