тел./факс: +7 812 633-03-00

Анастасия Макеева. По образу и подобию Гурченко

Поделиться:

Людмила Гурченко не была идеалом семейных отношений, но именно ей посвятили мюзикл о том, как сохранить семью. Театр мюзикла «ЛДМ. Новая сцена» решил поговорить о семейных ценностях. Но безо всякого пафоса. Напротив, сочинив мюзикл в пародийном жанре. А чтобы не было никаких сомнений, назвали спектакль иронично – «Ешкин кот». Говорят, что выражение это родилось не где-нибудь, а в фильме Владимира Меньшова «Любовь и голуби». Этому советскому кинохиту и посвятили мюзикл его авторы – режиссер Андрей Носков, композитор Антон Танонов, автор либретто Ирина Афанасьева. На роль небезызвестной Раисы Захаровны пригласили Анастасию Макееву. Накануне премьеры 9 и 10 июня мы встретились с актрисой и узнали, как она относится к своей героине-«разлучнице».

− Итак, Анастасия, та самая Раиса Захаровна, с рисом без соли и собачкой. Некоторые зрители относятся к ней с пониманием, а кто-то жестко порицает. Как вы к ней относитесь?

− В персонаже, даже в самом отрицательном персонаже, есть своя история, и, играя его, нужно нащупать тот момент оправдания, который объяснит, почему он так поступает, что он чувствует. Раиса Захаровна такая же женщина, как и многие другие, просто ей повезло чуть меньше. Как и любая женщина, она хочет любви, счастья, но так сложилась жизнь, что у нее этого нет. Вот вокруг этого развивается история.

− Не страшно ли было браться за роль, которую исполняла Людмила Гурченко?

− Каждый растущий и стремящийся к развитию артист склонен к рефлексии, сомнениям: а так ли он играет? И я не исключение. Работа в мюзикле «Ешкин кот» − одна из сложнейших ролей в моем послужном списке. Здесь надо не только сказать слова, спеть песни, выполнить рисунок, но очень важно почувствовать органику другого человека. Уловить суть движений, передать, насколько это возможно, ее харизму, ее внутреннее, особенное содержание, которое имеет очень яркие черты, чтобы в пластике, голосе и, самое главное, в манерах чувствовалась, угадывалась Людмила Марковна. На мне лежит огромная ответственность − не опошлить и не осквернить ее образ. Гурченко не просто талантлива. Она золотой фонд культуры, и не только российской. И для меня эта роль – большой шаг вперед как для актрисы. Раиса Захаровна – очень ответственная и тяжелая для меня роль, даже физически. Раньше я думала, почему у Людмилы Гурченко такая узкая талия? Теперь понимаю: когда Людмила Марковна пела, она напрягала мышцы пресса, отсюда такое характерное вокальное звучание. Работая над ролью несколько дней подряд, я почувствовала сильную мышечную боль, как после тренировки.

− Людмила Гурченко в фильме «Любовь и голуби» и ваш персонаж в мюзикле «Ешкин кот» – разлучницы. Каково ваше отношение к изменам?

− Отрицательное. Моя мама с детства вкладывала в меня понятие, что такое семья. Семья всегда должна быть в приоритете! Да, во мне оказалось очень сильное творческое начало, которое подтолкнуло меня к тому, чтобы из Краснодара уехать в Москву, чтобы достичь каких-то высот, заявить о себе как о личности, как об актрисе. Я это сделала. Мне удалось воплотить много своих желаний и устремлений. Но все еще впереди, это бесконечный процесс.

− Что, на ваш взгляд, самое главное в семейной жизни?

− Мне сложно рассуждать на эту тему. Ибо я в этом смысле не идеал для подражания. У меня нет семьи, нет детей. Видимо, я что-то делаю не так. Но каждая моя работа, каждая моя роль, включая проект «Ешкин кот», дает мне пищу для размышлений и преподносит мне урок, что и как я должна сделать, чтобы реализоваться не только как человек, достигший успеха в карьере, но и как женщина и как мать. И я надеюсь, что постигну эти азы и в мою жизнь тоже придет семья.

− А какие традиции были в вашей семье?

− Наверное, это какие-то советские устои, которые являются как положительными, так и отрицательными. Я считаю, что многие семейные традиции из серии «бьет – значит, любит», «изменяет – молчи и делай вид, что все хорошо» или «разлюбили друг друга, но живите ради детей» − это не то, за что стоит цепляться. Это все пережитки советского времени. Но в советских семьях было и много замечательных традиций. Мой отец работал на пяти работах, чтобы прокормить нас, и не просто прокормить, а баловать изобилием. Каждое лето мы ездили на море, ели ту еду, которую хотели, родители заботились о нашем здоровье, мы с братом получили хорошее образование. Самое главное – родители жили ради детей и делали все от них зависящее, чтобы у нас был шанс воплотить свои мечты. Если бы мне не помогли родители, не знаю, кем бы я стала. Я думаю, это очень крутая семейная традиция – жить ради детей.

− Авторов музыкальной трагикомедии «Ешкин кот» на ее создание вдохновили крылатые фразы и сюжетные повороты из советских хитов − «Любовь и голуби», «Ирония судьбы», «Белое солнца пустыни», «Москва слезам не верит». А какие советские фильмы вы можете назвать своими любимыми?

− Сложно найти фильмы советских времен, в которые не была бы влюблена. Все они наполнены добротой, качественным интеллектуальным юмором, любовью, надеждой, светом. Перечислять их можно долго: «Операция Ы», «Ирония судьбы», «Кавказская пленница», «Гараж», «Тот самый Мюнхгаузен», «Обыкновенное чудо», «Тихий Дон»… Их великое множество! Они все гениальны! Сейчас с этим стало сложно. Хотя, разумеется, и сейчас удачи случаются. Очень уважаю режиссера Жору Крыжовникова. В его фильмах «Горько!», «Самый лучший день» очень много доброго, не пошлого юмора, в его фильмах, на мой взгляд, раскрывается русская душа. И никогда не забуду фильм Михаила Калатозишвили «Дикое поле». Когда я его посмотрела впервые, то проплакала полфильма. Это были слезы очищения. Мне казалось, что Калатозишвили снял кино про моего уже ушедшего брата. Потрясающий фильм.

И все же сегодня, наверное, только театр имеет шанс и возможность дарить что-то настоящее, светлое, чистое. Стать местом очищения. Все-таки это живое искусство. Многие зрители приходят на один и тот же спектакль не по одному разу. Например, на мюзиклы «Демон Онегина» и «Мастер и Маргарита», в которых я играю, люди приезжают из разных городов. Одна моя поклонница из Ярославля, кажется, не пропускает ни одного моего спектакля в Петербурге, хотя она работает воспитательницей в детском саду и зарплата у нее 12 тысяч рублей. Все это очень ценно. Поэтому я последнее время практически не снимаюсь в кино и всю свою жизнь отдаю театру.

− Есть ли у вас ритуал перед выходом на сцену?

− Да, мне нужно обязательно 3–4 минуты побыть одной. Я молюсь. Каждый раз говорю Господу: «Спасибо тебе большое за то, что ты позволил мне выйти перед этими людьми на сцену, спасибо за то, что даешь мне работу и возможность реализации в моей профессии». А дальше я ему клятвенно обещаю: все, что он мне сейчас даст, – чувственность, кураж, трепет, ласку, нежность, страсть, ненависть, голос, жесты, все, что со мной будет происходить сейчас на сцене, – это его подарок мне. Но не мне лично, а зрителям. Я понимаю, что поход в театр для многих людей – это большое событие. Мне хочется, чтобы эти люди испытали катарсис. И ушли домой не просто так, а чтобы в их душе что-то проснулось, что-то отозвалось…

Беседовала Татьяна Болотовская

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*